Old Admin

Киш в Фентези — заценим, люди это только начало

  Творчество Фан клуб группы «Король и Шут»

1 куплет
В ущелье тёмном под горою,
Стоит розбитый старый дом.
Там граф, один да со своей женою,
Когда-то жили а потом…
Всё изменилось, счастье пролетело.
Тот граф без меры выпивал,
И в голове его созрело,
Что для жены сегодня судный день настал.
:» И я желеть её не стану!
Я лишь прощенья попрошу.
Нельзя мне изменять без перестану,
Её я лучше задушу.»
Припев
Я, вижу ты меня не любишь,
И начинаешь избегать.
Ну почему ты меня губишь?
Я не могу тебя понять.
Я лишь хотел тебя любить,
Но врятли ты меня поймёшь.
Я не могу тебя простить.
Мне жаль, но ты сейчас умрёшь!
2 Куплет
А над горой взошла луна.
Тот граф от гнева закипел.
Спасалась бегствием она,
Но он настичь её сумел.
Она просила о пощаде
И говорила:» Это лошь!
Остановись ты Бога ради.
Да как ты это не поймёшь?»
Но граф внимания не обращал,
Графиню с яростью душил.
Себе под нос тихонько бормотал,
Пока её он не убил.
Припев
Я, вижу ты меня не любишь,
И начинаешь избегать.
Ну почему ты меня губишь?
Я не могу тебя понять.
Я лишь хотел тебя любить,
Но врятли ты меня поймёшь.
Я не могу тебя простить.
Мне жаль, но ты сейчас умрёшь!
3 Куплет
А утром граф проснулся,
Увидел мёртвую жену.
Картины этой ужаснулся,
Вдруг вспомнил черную луну.
Он вспомнил тот ужасный миг,
Когда графиню убивал.
Её мольбы, её последний крик,
Как сильно горло он сжимал.
Вина ему всю душу разрывала.
Он стопку горькой накотил,
Но боли сердца та не исцеляла,
И жизни граф себя лишил.
Припев
Я, вижу ты меня не любишь,
И начинаешь избегать.
Ну почему ты меня губишь?
Я не могу тебя понять.
Я лишь хотел тебя любить,
Но врятли ты меня поймёшь.
Я не могу тебя простить.
Мне жаль, но ты сейчас умрёшь!


Купить книгу
  1. Александра:

    БЛИН! Таких авторов, которые сначала зацепят, зинтересуют, а потом свалиают: «Увы и ах…» — стрелять надо!
    Мне ТАк понравилось фентези-произведение! И нате вам! Слов нет, какой ОБЛОМ!
    РРРРРРРРРРРРРРРРРРРРРРР!

  2. DeadPool98:

    Да люди круто на вашие сказочки можна пьесу в театре поставить! КиШ

  3. terror:

    А ко мне пришла идея как я вижу клип на песню(мою любимую) Лесник.
    Итак, девушка едет в метро, на против неё садится парень весь в татуировках, она смотрит ему вглаза и отрубается, начинается песня.
    Она попадает в песню. Просыпается в дебрях леса, где большая бошка с обложки Будь как дома путник, рассказывает всякие страшные истории (песни киша, только в рассказах).Вокруг бошки сидят все участники группы, а так же уставшии заглянувшие на огонёк)) путники.Вдруг из леса начинают вылезать всякие твари персонажи рассказов бошки(персонажи песен киша и не только):мёртвый анархист, дед из проклятого старого дома, гоблины, ведьмы, вурдалаки и прочяя нечисть.Девушка начинает убегать и бегая по дебрям тёмного и дремучего леса, на момент она окзывется в эпизоде песни Леший обиделся(тоисть попадает в капкан) прося нашедшего  Лешего освободить её из плена капкана, но всё происходит так же как и в песне, она убегает с капканом на ноге(т.к. он захотел её убить, разрезать большим тесаком).
     И вдруг натыкается на дом того самого лесника, Лесник начинает  рассказывать(как и по тексту всякие истории и кормить и поить, а потом уходит из дома с ружьём).Видя на стенах черепа равешаные как герлянды в новый год)) и картины с изображением волков, она понимает что к чему и пытается убежать, как вдруг её преследуют волки (друзья лесника).
    они начинают под конец песни её разтерзывать, летят в камеру куски плоти и крови.
    она просыпается в метро вся в поту от такого кошмара и смотря на того самого парня который был в самом начале, видит что у него на теле татуировки, но они являются картинкой её сна, тоисть  всё что с ней происходило во сне, вытатуировано на его теле.
    Она недоумённо смотрит на него, он улыбается и уже в конце песни дарит ей старую книгу на обложке которой написано король и шут)

  4. Zлая_LaSka:

    И так, прочитала все, в общем впечатление положительное, но замечу недочёты:
    1) Много акцентов на еде, буквально постоянно, они либо едят что-то мясное или не очень, либо хотят есть и думают где добыть еду, это конечно немаловажно, но не думаю, что каждый прием пищи требует описания
    2) Опять же следить за речью надо, в начале очень бросалось в глаза ёпт, медвед — это не уместно
    3) Имена городов и персонажей вызывают усмешку, все таки можно было и пооригинальнее придумать

  5. Zлая_LaSka:

    Распечатала))) сегодня в метро почитаю)))

  6. Юрок:

    увы и ах!
    персонаж Юрок скоропостижно окончил свою литературную карьеру(((((
    я поступил в военный вуз(((
    в отпуске можт ченить накропаю… если вдохновение будетт.

  7. Ромео:

    Здорово…очень даже здорово.. А почему замолчал??? Требую продолжения истории!

  8. Satu:

    хочу домашнее животное Юрок у тебя нет случаем лишних молний??? парочку бы приобрела))

  9. Кукла Шута:

    Пришёл твой самый жёсткий критик!
    Вобщем так…
    1. Юрок, следи за лексикой и оборотами…иногда предложения немного обсурдны!

    2.Про молнии мне очень понравилось…тоже захотелось завести чё нить такое КиШ
    3. Ето просто безобразие!Два молодых, здоровых парня идут уже недели две…а романтики как небыло, так и нет! Хде, я тя спрашиваю барышни???
    Что за дескриминация женского пола??? Я как представитель женской нации требую романтических «соплей» и «мыла»…чучуточку!
    А то как то странно получается…Идут два мужика, на пути встречают таких же мужиков…у них, что нетрадиционная ориентация?!?!?!
    Бабу в текст! Для Князя обычую девушку можно, а для Горшочка русалочка, кикиморка, ведьмочка, али эльфочка какая…(другая на него не позарится…)

  10. Юрок:

    -А пещёры водой не размыло?- Тимофей пристально посмотрел на Князя – на самом деле такой дурак или прикидывается?
    -Не размыло, и лет пятьсот ещё простоят, — ответил он.
    Лицо Князя, напрягшееся было, расслабилось:
    -Ну, и слава богам.… Пойдемте спать, — ляпнул он и зевнул.
    Утром Князь как всегда встал последним, хотя и рано. Его разбудил Горшок – лицо с синим отливом, видно, пил с Тимофеем Вылыщаевичем всю ночь, у того такая же морда, ещё и опухшая.
    -Что, не выспался??? А представь, мне каково, полегчает! Пошли отседова, пришли, наследили, друзей завели – и дальше, через пещеры.
    Князь поёжился. Он не любил пещеры. Он вообще много чего не любил, а иногда даже боялся, просто не показывал страхи, перебарывал. Он с вздохами встал, пошел за Князем и Тимофеем, которого Горшок почему-то называл уже Тишкой. Тимофей вывел из терема. Князь посмотрел вверх, вчера не было времени посмотреть на главное чудо Дубницы – дубы. Они оказались действительно очень высокими, не такими громадными, как казалось вчера, густая зелень, подсвеченная сверху встающим солнцем, высилась на толстых, в семь охватов стволах. Кора на них потемнела от времени, вокруг каждого ствола заборчик, жители чтят своих защитников. Пока Князь стоял, не по-княжески разинув рот, подошел Санифодий. Тимофей поручил довести до входа в пещеры, тот недалеко, в деревянной постройке. Улицы пустынны, только вдалеке навстречу шел странный растрепанный человек. Горшок узнал – это вчерашний дурак, что бегал за молнией. Когда поравнялись, спросил, улыбаясь:
    -Здравствуй, добрый человек! Ну что, поймал вчера молнию?
    -Конечно поймал! Вот она, в сумке!- он похлопал по торбе, внутри что-то затрещало. Горшок остановился, непонимающе повторил:
    -И что, вправду поймал, добрый человек?- тот в ответ хмыкнул:
    -Странные вы люди! Обычно меня дураком называют, а вы – добрым человеком! Конечно, поймал! У меня их дома пять дюжин! Хотите, подарю парочку?
    Князь дернул Горшка за рукав, нечего с дураками связываться, собственную дурость показывать. Но Горшок отмахнулся, пошел вслед за странным человеком. Он жил недалеко, и Санифодий не был против – тоже хотел посмотреть на такое чудо.
    Дурак жил в старой потрепанной лачужке. Первое, что увидели, войдя, гости – сумки. Они занимали две стены, висели рядами, большие и маленькие, старые и только сшитые. И все они потрескивали, шуршали, грохали. Князь опасливо подошел к средней сумке, положил ладонь на вздувшийся бок. Внутри что-то поворочалось, толкнуло мягко в руку и вдруг громко замурчало, как кошка. Дурак, на самом деле оказавшийся не таким уж дураком, засмеялся:
    -А ты ей понравился! Забирай себе, у меня свои любимицы есть!
    -Спа-спасибо…, — заикаясь ответил Князь и снял сумку с гвоздя, повесил через плечо. В сумке как-то радостно щёлкнуло, Князь до сих пор не мог поверить, что там молния. Горшок посмотрел на странного хозяина странных питомцев вопрошающе, тот кивнул. Горшок подошёл к старой потёртой сумке, безбоязненно приоткрыл и заглянул вовнутрь. Хозяин опять засмеялся:
    -Это самая старая, странная какая-то! Все время назад возвращается! Бери на здоровье, но используйте их только в добрых делах, злых они сами бьют, всё-таки посланники неба!- он, улыбаясь, взглянул на Санифодия, тот отрицательно мотнул головой – слишком уважал человеческую силу, чтобы использовать козыри за неимением их у противника.
    Князь и Горшок горячо поблагодарили не перестававшего улыбаться ловца молний:
    -Ты добрый человек! И вовсе не дурак, — сказал Князь и в ответ получил широкую улыбку.
    -Вы тоже добрые! Так что заходите ещё, я вижу, вы спешите. Молнии добрых людей любят, и я тоже!
    -Спасибо большое за приглашение, будем в Дубнице – заскочим.
    Когда уже отходили от дома, вслед раздался крик:
    -Эй, патлатый, не забывай во время грозы её выгуливать, она это любит! И кормите их!
    -Чем?
    -Чем сами питаетесь!
    Пещеры встретили холодом. Они начинались в деревянной сарайке, ход вел вниз саженей на тридцать, там широкая, самая первая в цепи пещера. В ней Санифодий пожал руки Князю и Горшку:
    -Тут все просто, ребятки. Идите прямо, ни в коем случае никуда не сворачивайте. Ходьбы полтора дня, везде разогнувшись. Если потолок понизится, значит, заплутали. Оставляйте метки, по ним возвращайтесь, — он сунул кусок мела Князю. Пройдёте под всеми холмами, выход в лесу прямо возле Колтери. Ну, там сообразите, дорога рядом. Я скачу туда и, как всегда жду, благо золота много, — он похлопал по тугому кошелю – видно, поменял кусок золота с кулак на кучу звонких монет, — И пожалуйста, не задерживайтесь! Я буду переживать! И не расходитесь, — многозначительно посмотрел на Горшка.
    -Ну, идите с богами…
    -С богами оставайся…
    Санифодий убежал наверх, Горшок смело шагнул в узкий проход. Дальше была тьма, с собой взяли факелы, но Горшка вдруг осенила идея. Он приоткрыл торбу с молнией, из неё высунулся потрескивающий отросточек с палец длиной. Он повертелся по сторонам, как будто облизнул ладонь Горшка и свернулся калачиком, устраиваясь поудобнее. Горшок вытащил из-за пазухи кусок хлеба, протянул к молнии.
    -Будешь?
    В ответ молния шмыгнула по руке, на раскрытой ладони осталась горстка пепла.
    -Это она покушала, или ещё чего-то сделала?
    -Ой, да иди ты, у своей спроси!
    Князь трогать небесный огонь чуть-чуть боялся:
    -А она не горячая?
    -Потрогай, проверь!
    Князь тоже развязал шнурок на устье торбы, глянул. Изнутри щёлкнуло, Князь отдёрнул лицо. Потом неожиданно оно озарилось светом удачной мысли. Князь начал доставать меч из перевязи.
    -Эй, ты чегой-то собрался делать?- Горшок боязливо отошел от Князя. А тот поднёс меч, сверкающий в свете Горшковой молнии, внезапно из сумы блеснуло, что-то ослепительно белое скользнуло по мечу. Князь улыбнулся и вдруг бросил меч.
    -Горячий!- меч и в самом деле раскаливался.
    -Эт она внутрях обустраивается!- смекнул Горшок, — хорошо придумал, не постесняюсь похвалить! Вон уже и остывает!
    Князь подобрал оружие, ставшее холодным, сунул в перевязь, довольный собой. Меч чуть светился, но света хватало и от маленькой веточки на торбе Горшка.
    Друзья пошли вперёд, пещеры тянулись вниз, потом опять вверх, совершенно без ответвлений. Князь оставлял на стенах метки – стрелы, показывавшие, куда шли Князь и Горшок.
    критикуем, блин!

  11. Юрок:

    В роще было посуше, хоть сверху и пробивались струйки воды, древесный полог удерживал и впитывал всю массу дождя, низвергнувшегося на темно-зеленую крышу.
    Когда Князь и Горшок отдышались, стали осматриваться. На границе рощицы, там, где высокие деревья сразу переходили в коротенькую, словно постриженную траву, была просто стена дождя. Отовсюду несло холодом, и Князь, поёжившись, поторопил Горшка вперёд. Вскоре они наткнулись на деревянную стену, и пошли вдоль неё направо. Дошли до закрытых ворот, Горшок приметил в большой створке дверь, Горшок толкнул её плечом и она легко отворилась.
    За воротами, в самой Дубнице, тоже было сухо – по улицам вдоль домов росли такие же могучие дубы. Их листва где-то высоко вверху шумела от дождя, тот обещал грозу до самого утра. На улицах никого не было, всё-таки слишком влажно, посреди дороги уже потек маленький ручей.
    Стемнело окончательно, видны только светлые оконца, уводящие дорогу вдаль – Дубница была настоящим городищем, жителей – тысячи полторы. «Раз людей так много, значит, и корчма большая, а, может, даже не одна» — подумал Князь, — «Сейчас покушать, поболтать с Санифодием, и на боковую, спать»
    -На кладбищё отоспишься, — оказывается, Князь сказал последние слова вслух, и теперь Горшок глядел на него с широкой улыбкой, — хотя, и вправду, Санифодия найти не помешало бы.
    Санифодия нашли около корчмы, к ней, как всегда, привела прямая дорога от ворот – везде рады заработать на перехожих и гостях.
    Санифодий стоял недалеко от входа, переминался с ноги на ногу. Увидев Горшка и Князя, сразу подскочил и, ухватив за плечи, уволок в закоулок.
    -В городе эти черные! Их в корчме две дюжины! Пошли скорее к войту!
    -К твоему старому другану, надеюсь?
    -Да, к Тишке, или, как теперь его называют, Тимофею Вылыщаевичу, — Горшок глупо хихикнул, Санифодий посмотрел укоризненно.
    Пошли в середину Дубницы, там был малый терем, в нем жили старейшины и Тимофей Вылыщаевич. Охраны на воротах не было – не военное ж время, свободно прошли через двор, только внутри какой-то усталый воин махнул Санифодию, мол, ждут тебя давно.
    Санифодий повел дальше, наконец дошел до массивной дубовой (а какой же ещё?) двери, обернулся:
    -Повежливей с ним, пожалуйста, — сказал он и открыл дверь.
    Внутри находился зал для пиршеств, за дальним узким концом стола сидел крепкий человек, широкий, могучий, но начавший зарастать жиром, видно – недавно на правящей должности, обычно люди за год-два преображаются в маленьких толстых брюзжащих лысеньких животных, если внутри человека гниль – вылезает наружу.
    Тимофей Вылыщаевич встал и подошел. Как и все друзья Санифодия, он был на голову выше Горшка, шире в два раза и суровей в десять. Он поздоровался с обоими сильной рукой и представился:
    -Тимофей Вылыщаевич, войт Дубницы уже двадцать лет, к вашим услугам…, — Горшок присвистнул, уважительно ответил:
    -Горшок и Князь, к вашим этим самым… Услугам…
    -Вы, верно, голодны с дороги, присядьте, поешьте.
    -Спасибо!- Горшок первый подошел к столу и сел на большой дубовый стул недалеко от кресла войта. Князь тоже сел, напротив Горшка, осмотрелся и принялся за еду – она стояла на столе в изобилии. Здесь были и тушёная свинина, и запеченный гусь, и фаршированная щука, и салаты из грибов, мяса, рыбы и зелени, невдалеке стояло блюдо с яблоками и грушами, спелыми, большими, через тонкую кожицу можно все косточки сосчитать.
    С аппетитом поели, поблагодарили за еду, рассказали о происшествии с Лесником, укрыв, конечно, часть про Казия и разбойников, выставили, что Горшок спас Князя, подпалив лес.
    Войт кивал, стучал пальцами по столешнице. Потом глубоко вдохнул, шумно выпустил воздух через широкие ноздри.
    -Что до ваших Черных братьев, вчера сюда прибыл большой отряд. Они разместились в корчме, мои люди доложили, что останутся до завтра. Утром как всегда разбредутся по городу, ловить неких Горшка и Князя. Хотя это не их главная задача, — с нажимом сказал он. -Главная же их задача – вербовка и миссионерство. Они вторгаются в наши земли с севера, с южного моря, с запада… И мне они чегой-то не очень нравятся. Я изучал их религию, даже, скорее, культ. И он мне очень не понравился. В нем все нормальные люди выставляются рабами некоей сущности, тайно правящей миром. Они поклоняются ей одной, оскверняя все древние устои этой земли. К тому же я лучше со своими некромантами буду воевать, чем с этими в мире жить, так что, вы двое можете рассчитывать на меня в случае чего. Как я понимаю, ты, — толстый палец указал на Князя, — можешь претендовать на престол Северного княжества.
    Мои люди, а их достаточно много, пойдут за правое дело – никто не любит, когда оскверняют наши святыни, оскорбляют наших богов. Человек семьсот я наберу, но где-то поближе к осени, приходите сюда, и я готов буду двинуться с вами, тряхнуть стариной.
    -Эмм… Тимофей, мы тут кое-что утаили, но, думаю, теперь можно сказать, — и Горшок поведал о разбойниках, притаившихся в лесах.
    Тимофей Вылыщаевич поморщился.
    -Да знаю я об этих разгильдяях… Ни чета они моему войску, у нас всегда воины обучены, я сам в молодости ратоборствовал, — Тимофей Вылыщаевич подмигнул Санифодию, тот сидел все время подле него, — так что, вы, как я понимаю, завтра опять уйдете… Я бы посоветовал уйти туннелями, тут с древних времён остались пещеры, уводят на юг, в холмах в верстах пятнадцати выйдете без происшествий. Санифодий, разумеется, поедет в Колтерь и дальше в Перомь в открытую. Ну, а сейчас будет не лишним поспать – ночь на дворе.
    -А пещёры водой не размыло?- Тимофей пристально посмотрел на Князя – на самом деле такой дурак или прикидывается?
    -Не размыло, и лет пятьсот ещё простоят, — ответил он.
    Лицо Князя, напрягшееся было, расслабилось:
    -Ну, и слава богам.… Пойдемте спать, — ляпнул он и зевнул.
    отзывы, товарищи, отзывы!

  12. Юрок:

    писать — канешн похвально
    кстати, вот ещё частичко начинаетсо отсюда:
    Кусты вокруг полянки зашевелились, и Горшок увидел, как много, оказывается, разбойников в «отряде». Он насчитал двенадцать четверок, убежавших в лес. Казий сам схватил меч и резко взглянул на Горшка.
    Тот тоже вскочил и тихо спросил:
    -А что там за Лесник?
    -Увидишь…- прошептал Казий, — если не испужаешься по пути. Хотя как я помню, ты не из пугливых.
    И они тоже побежали в ночную шелестящую тьму.
    Князь неожиданно обнаружил, что боится темноты. Это он понял, когда окончательно потерял направление и попер напролом через кусты. Ночной лес вокруг шумел и шелестел, казалось, кто-то трогал тихохонько за плечи, цеплялся за ноги. От паники Князя удерживала только одна мысль: Где-то рядом Горшок, он спасет и поможет, он хитрый и ловкий, он эти леса знает, а что знаешь, того не боишься…
    Однако остатки Князевского хладнокровия разрушило шебаршение впереди. Князь резко дернулся из кустов, крепко вцепившихся в штаны и безрукавку пальцами-колючками, и вылетел на небольшую полянку.
    -Тихо, Князь, здесь никого нет, все спокойно… Сейчас найду дерево поудобней, заберусь на него и буду спать, — Князь заговорил сам с собой, чтоб хоть как-то угомонить разыгравшееся воображение, оно рисовало картины страшных лесных чудовищ и диких зверей.
    Почти в центре полянки торчал невысокий пень. Князь подошел к нему и сел. Внезапно пенёк под ним слегка подвинулся в сторону и проворчал:
    -Ходят тут всякие, грязь по лесу разносят…
    -Да какая грязь, я ноги вытер…, — машинально ответил Князь и вскричал, — Ааааааа! Горшооок! Помогииии!
    Князь помчался дальше в лес, в самую чащу, подальше от разговаривающих пней м странных полянок.
    Так он бежал долго, когда начал выдыхаться, приметил огонёк впереди, вроде не болотный, скорее, окошко светится.
    Князь чухнул быстрее, сжигая последние силы. Из густой поросли он выскочил прямо перед крыльцом избушки.
    Маленький, освещённый теплым мягким светом домик стоял посреди темного страшного леса словно приглашая заплутавшего путника войти. Князь белым лебедем вспорхнул по ступенькам к двери стукнул кулаком в деревянную облицовку на двери, прислушался.
    За дверью раздались тихие шаги. Дверь открыл старик. Он добродушно улыбнулся и дружелюбным жестом повел рукой вглубь хаты.
    -Ну заходи, коль уж я открыл тебе дверь своего дома.
    Князь помялся на пороге:
    -А меня Князем звать, дедушка!
    -А меня Лесником кличут. Заходи сынок, раздели моё одиночество.
    Князь теперь совершенно безбоязненно ступил в теплый свет. Внутри светлицы, одной из двух комнат в избе-пятистенке, у окна стоял стол, на нем восседал самовар, несколько умело сделанных глиняных кружек. По обе стороны от стола были лавки, на одну из них, левую, как предписывают правила приличия гостям, примостился Князь. Он с опаской и удивлением оглядывал стены жилища, простую утварь, нередко случалось, попадал из огня да в полымя. Но тут вроде бы «все чисто», как говорит обычно Горшок, хотя он сам сразу бы придрался к подозрительному старику: почему один живет, если он лесник, то где его трофеи и прочее, теперь казавшееся Князю пустыми мыслями.
    -Кушай, если хочешь, сынок, я тебе пока о жизни своей поведаю, да потом может и о тебе послушаю…
    Пока он ел, старик начал рассказывать о себе. Он поведал Князю о своем ремесле лесника, о том, что ему нравится одиночество, но иногда просто надо с кем-нибудь пообщаться.
    -Тогда, если нет таких путников как ты, — Князь уже поел и, утерев рот, сидел напротив Лесника, — если нет гостей, то я выхожу в лес и разговариваю с животными. Среди них у меня нет врагов. Порой мне кажется, что я понимаю их язык, я знаю все их повадки. Особенно мне нравятся, почему-то волки. О них я могу говорить часами. Они на самом деле очень умные твари, очень умелые, в чем-то гораздо лучше людей.
    Вдруг его речь прервал протяжный волчий вой. Князь вздрогнул и подумал: и как с ними можно общаться?
    -Я тебя на минутку оставлю, сейчас вернусь, добрый молодец, обожди.
    Дверь скрипнула за стариком. Князь снова подумал, что выбрал не самое лучшее место для ночевки, но потом представил себя снаружи, на каком-нибудь дереве, дрожащего от холода и страха и махнул рукой: и в самом деле, могло быть и хуже…
    Внезапно, дверь опять отворилась, и из-за тонких досок показался конец стрелы. В комнату вошел старик со стареньким арбалетом наперевес, он тут же направил его на Князя и слегка махнул вверх.
    -Друзья чего-то сегодня голодные… Пойдем, приятель, в лес!
    Князь встал на ватных ногах и пошел к двери. Старик посторонился, пропуская, и сразу ткнул арбалетом меж лопаток.
    Князь вышел на улицу. Ветер успокоился, лес молчит, только кусты перед окнами странно шевелятся и воет вдалеке волк.
    -Ну-ну, пошел быстрее, вперед, вон тропинка.
    Лесник толкнул ногой дверь и Князь, совершенно ничего не видя со свету, медленными шагами пошел в лес. В голове замелькали мысли: вот сейчас развернуться да как двинуть леснику, да как наподдать ещё раз да как убежать потом, да прямо в пасть страшным волкам…
    Сами волки все чащё давали о себе знать, то и дело раздавался вой, все ближе и ближе, наконец, кусты раздвинулись и Князь в сопровождении Лесника и его арбалеты вышел на поляну, залитую лунным светом. По кругу на поляне сидели волки, молодые и матерые, побитые жизнью и с подпаленной шкурой, все они смотрели на Лесника, как на собрата и на Князя, как на пищу. Князь наконец нашел в себе силы закричать, он закричал так, как не кричал никогда в детстве, ни разу за всю жизнь, он и не знал, что умеет издавать такие громкие и высокие звуки. Однако стрела так и не вонзилась в спину, волки не обратили внимания на этот крик – они были чем-то обеспокоены.
    Внезапно метрах в двадцати, за зарослями ракиты, раздался не менее громкий чем крик Князя свист, настоящий разбойничий свист, от которого уши заложило. Волки кинулись от кустов прочь, из переплетения веток начали выскакивать люди. В мертвенном свете луны они казались Князь прекрасными освободителями, но он сразу понял, что в таких страшных лесах и люди страшные и, резко толкнув плечом арбалет, двинул старику в челюсть локтем.
    -Я ведь не из робких, — удивился сам себе Князь и понесся через лес. Несколько волков двинули за ним. На поляне шла драка, волки приняли бой и то и дело раздавались их предсмертный вой, несколько раз крикнули люди, но несильно, видно, кого-то сбивали с ног.
    Князь обернулся и увидел трех матерых волков. Они не гнались за Князем, просто поняли численное превосходство людей и спешили куда-то. Однако Князь припустил ещё быстрее и выскочил прямо на крыльцо избушки. Он забежал вовнутрь, схватил лежавший все это время на лавке меч и выскочил на улицу. В ночном лесу был переполох, волки и люди разбудили других животных, мимо пронесся медведь, взревывая удивленно. Князь немножко подумал и вернулся в дом, там разлили по полу кринку с маслом и кинул на блестящую лужу свечу. Огонь полыхнул до потолка, сразу же занялись полки на стенах, сами стены. Князь опять скакнул на улицу, встал настороже у дома – люди, спасшие его обязательно заметит громадный костер.
    И вправду, скоро кусты зашевелились, оттуда выскочили пять человек. Двое сразу подбежали к нему. Один кинулся и схватил недоумевающего Князя за плечи:
    -Жив, Князь, — этот человек несомненно был Горшком, а Горшок – этим человеком. Князь крепко обнял его, как после долгой разлуки и ответил срывающимся голосом.
    -Да вроде жив, да и цел… Вовремя вы подоспели, кстати, эт чё за ребята.
    -Не трусь, это друзья, пошли в лагерь, там все разъясню, — Горшок отстранился и ещё раз оглядел Князя с ног до головы, — ни на шаг одного оставить нельзя, сразу в переплёт попадаешь!
    Через полчаса все они сидели у костра, разбойники, кстати, все целые, нескольких просто сбили с ног, окружили их. Горшок рассказал Князю о Казие, тот добавил о легенде о Леснике, что заманивает путником на съедение волкам.
    Князь рассказал обо всем, что с ним случилось и предложил поспать до утра. Все согласились, Казий выставил часовых и все заснули вповалку, до утра оставалось не так уж много времени, небо на востоке чуть посветлело, тучи медленно расходились.
    Поздним утром Князь проснулся, как всегда, последним. Горшок уже с утра обошёл с Казием все окрестности, посмотрел что и где и как. Когда Князь умылся в ручье неподалеку, поел каши из походного котла банды разбойников, Горшок подошел к нему и молвил:
    -Если выдвинемся прямо сейчас, к вечеру дойдем до Дубницы, но похоже, к вечеру будет гроза.
    Князь осмотрел чистое небо и хотел было возразить, но потом почувствовал в воздухе какую-то угнетенность, тишину. Такие затишья бывают перед самыми страшными бурями и грозами.
    Солнце держалось как-то низко и давило на плечи и лицо.
    -Ну, я думаю, лучше отправляться сейчас, — Казий, подошедший из-за спины прервал Князя:
    -Эх, ребята, а я с вами надеялся поблуждать по окрестностям. Но в Дубницу мне нельзя, там меня, а особливо, моих ребяток, не ждут. Вот что, — Казий положил руки на плечи обоим и заговорщицки зашептал, — вот что: если надумаете идти в Северное княжество, — он серьёзно взглянул в глаза обоим, — а я знаю, что вы это ещё раз надумаете, то ищите меня. Я пойду с вами – во-первых, по старой дружбе с Горшком, во-вторых, мне самому чегой-то эти Черные братья не нравятся. Помогу людьми, я в воровском мире не последнее место занимаю, может, кого другого уговорим вместе идти. Так что, рассчитывайте на сотню людей, не забывайте о нас. Мы стоять будем в этих краях до осени, сейчас богаты, разбойничать пока что не будем, авось нас никто и не поймает. До осени вас не будет, пойдем по хатам зимовать, будем только весной. Так что, я думаю, заскакивайте в начале осени. Да где-нить ещё сотни две людей возьмите, и поставим мы конец расширению Черного братства в наших землях…
    Подумайте о моих словах, ребята, и возвращайтесь к осени. А сейчас – возьмите еды, если своей не хватает, оружие любое, и двигайте, авось, до грозы успеете.
    Через пол часа друзья уже бодро шагали по лесной дороге, на неё вывел Казий, снарядив водой, еды у них было предостаточно, пути всего день.
    Первое время шли молча, потом Князь сказал:
    -Казий – хороший мужик!
    -И как ты к его предложению?
    -Да не знаю… Два года я один там ошивался, три первых года мы вместе бились головой, на первом посту проваливались, можно попробовать и толпою.
    Горшок внезапно резко остановился:
    -Итак, моя идея: ходим по знакомым местам, ищем моих друзей, — Горшок начал загибать пальцы, — Санифодиевы соратники, опять же. Он сам. Григорий. Те, кого ещё найдем, кто согласится. Целая банда собирается!
    -Да ладно, Горшок, на месте решим, пошли в Дубницу!
    К обеду справа, на западе показались тучи. Они соскользнули с недалёких влажных гор, и шествовали сплочёнными рядами на восток, дальше к югу, в море. Пока дойдут до моря, растеряют половину воды, выльется все на головы путников, таких как Князь с Горшком.
    Они, чтобы урвать у непогоды чуток времени, не стали обедать, прибавили шагу. И все равно они не успевали, громадная серая, с синим отливом волна медленно накрывала их. Поредчавший лес вокруг накрыла тень, Горшок качал головой и внезапно сказал:
    -Если до грозы не успеем до Дубницы, придется ночевать в лесу, — он махнул рукой вперёд, — там же холмы начинаются, по ним в грозу не побегаешь, молния как шандарахнет, сгоришь в миг.
    -Ну так пошли быстрее.
    Но они не успели. Когда подошли к краю леса, упали первые капли. Сначала тупо стояли и смотрели на долину зелёных холмов, на медленно мутнеющий от тяжёлых капель воздух, на узкую полоску чистого неба впереди, потом вдруг Князь дёрнул Горшка за рукав и крикнул:
    -Да ну его, этот мокрый лес! Простынем ещё. Побежали?
    -Побежали!- с легкой улыбкой ответил Горшок, и они побежали.
    Дождь наконец пошел в полную силу, по лицу, непокрытым волосам, одежде заструились потоки, по земле в траве вода стекала с верхушек холмов, а двое бежали по холмам, то вниз, то вверх, не боясь поскользнуться или стать жертвой молнии. Невдалеке громыхнуло. Князь все ждал, что за следующим холмом откроется Дубница, но из-за дождя, даже Дождищи, заметили только когда подбежали к огромным дубам, давшим название поселению, разросшемуся в последнее время на торговле.
    Совсем потемнело, бежали уже на мутные тени деревьев. Из-под них вдруг выбежал ещё кто-то, Князь сперва подумал, встречают, но потом понял, что это не Санифодий и не его друзья. Это бежал сумасшедший. Он подбежал совсем близко, когда друзья услышали странную песню, которая еле пробивалась сквозь шум дождя и гром:
    -А я поймаю тебя в сумку и сверкать ты будешь ней
    Мне так хочется, чтоб стала ты моей!
    И он в подтверждение своих слов широко открыл большую суму, поднял её вверх. Он пронесся мимо Князя и Горшка, прямо в потоки воды, низвергающиеся с неба, и князю на миг показалось, что прямо в то место, где он пропал, ударила молния. Однако Горшок припустил ещё быстрее, и Князю не хватило времени разобраться, убился дурак или нет.
    Наконец влетели под сень дубовой рощи, окружавшей городок и бывшей естественной защитой и от непогоды, и от врагов – на ветках, протягивающихся далеко в стороны, в военное время могли сидеть лучники.
    выкладываю отрывками, потомучто сам всевремя пишу
    (на самом деле я спер тетрадку куклы и катаю аттуда)
    а писать ночью чёта не катит
    и занят
    ещё один вопрос: не слишком ли эмоционально пишу? попробуйте дать все вышеизложенное какомнибуть человеку, незнакомому с творчеством КиШа (хотя это уже не люди) у меня таких знакомых нету

  13. Кукла Шута:

    Юрок, не поверишь, но откопала в своих закромах рассказ чемто смахивающий на твой…
    Без паники…поясню…
    Когдато, в далёком 2002 годе под впечатлением «Жаль, нет ружья» Я написала нехилую сказочку…с использованием Горшка и Князя, а так же темы из текстов…ну в общем что то близкое к твоему КиШ
    Еси найду время заганю в комп ету хрень (6 склеяных тетрадок по 96 листов каждая…Оху…ть!)отредактирую и тож тему создам…тады ты мну покритекуешь КиШ
    Как много я писала када была помоложе…эх…

  14. Юрок:

    иещё раз спасибо,
    прошу, побольше критики! Что не понравилось, где, почему, мне очень важен взгляд со стороны

  15. Юрок:

    люди, я там немножко переделал
    баги исправил, описаний побольше
    но выложу попозже
    может, завтра… как будет писАцца
    а насечёт лексических ошибок — половина из них — нарочитое употребление намеренно искажённых в просторечном стиле слов, а вобсчем, я человек грамотный.
    но я пишу в Ворде, так что слишком уж реских не должно быть хотя правильно, Х** с ними!
    и нихрена себе — съедят волки Князя или нет, это же сурьёзное творчество, не боитесь, если и съедят, то страниц эдак через стопесят — двести (сейчас всего 16 вордовских 12-м шрифтом)

  16. aRix:

    Очень даже ничего!

  17. Кукла Шута:

    Скажу честно (Куклы вообще никогда не врут), с начало мне не оч понравилось…
    А потом я оторваться не смогла! неплохо написано, лексических ошибок конечно море, ну да и Х%@ с ними КиШ
    Лично я с нетерпением продолжения жду! Оч узнать хотца, сжамкают волки Князюшку или Горшок с Казием его спасут…
    (интерестно было бы если бы не успели, тока я бы тогда плакала… 🙁 )

  18. Satu:

    Ждем оч ждем)) Действительно очень понравилось, такой необычный взгляд.

  19. Юрок:

    да ну плин оцтой какойто получился хочу переделать эпизод с лесником такчто потом выложу побольше
    ЖДИТЕ

  20. Юрок:

    ещё раз спасибо
    вы, надеюсь мои первые и не последние фанаты ))))))

  21. Юрок:

    задумка действительно моя. давно хотел попробовать себя в Фентези. Мне интересно как вам вообще сюжеты песен в прозе?
    не резковато?
    итак, продолжение: я переделал чучуть
    кончалось так
    Князь встал и молвил:
    -Да какое золото, кузнец! Мы свою часть отдаем Санифодию, нам отковыряй кусочек. Давай вообще спать ложиться, только не вздумай за кувалду браться всех не перебьёшь, — Князь дружески похлопал Григория по плечу.
    Утро было серым. Князь и Горшок проснулись от звона молота кузнец встал рано, уже раздул горн, начал ковать что-то. Друзья были в угловой комнате дома, там обычно размещаются помещения для гостей. Комната была по идее светлой, в стенах много окон, беленькие занавесочки задернуты, однако солнца не было видно, хотя чувствовалось, что спали много. Горшок и Князь расположились вчера на лавках у противоположных стен и теперь сидели на них, тупо смотря друг на друга.
    -С добрым утречком!- Горшок первым нарушил молчание. Князь ответил через звон молота о наковальню:
    -С добреньким!
    Оба потерли глаза и встали, пошли на двор. Выйдя из комнатки вслед за Горшком, Князь увидел маленькую девочку, дочку кузнеца. Она показала пальчиком на среднюю дверь в коридорчике, в который и попали друзья. Они пошли туда, это оказался выход на улицу. Князь сошел с деревянного крылечка и огляделся. Задний двор у кузнеца Григория был большим. Его ограничивали заросли кустарника с двух сторон и низенький деревянный заборчик, там выход в сад, с другой.
    По над стенкой большого дома стоял рукомойник, чуть дальше стояла лежали дрова, у колоды с топором в руках трудился Санифодий. На его голой, широкой как стол спине вздымались бугры мышц, они двигались когда он поднимал и опускал огромный топор, рубя толстые чурбаки. Князь стоял и любовался его работой: р-раз! и бревнышко толще чем грудь Горшка, разлетается на два ровных куска и щепки. Р-раз! и ещё один чурбак раскатился в стороны. Потная спина блестела на солнце, её опасливо облетали мухи.
    Горшок прошел к рукомойнику, Санифодий поднял голову, поприветствовал. Горшок улыбнулся в ответ, спросил:
    -Лес рубят щепки летят? А страдают, по традиции, невинные грибы?
    Санифодий усмехнулся и подошел смыть пот. Пока Горшок браздался, фыркая как кот, Князь поговорил с Санифодием. Тот сообщил, что Черные братья разыскивали сегодня утром человека, похожего на князя Олега, заходили в кузницу.
    -Похоже, Горшок, надолго задержаться не получится. Хоть Гладодупово и большое, но все равно все друг у друга на виду. Те оборванцы, которых ты вчера у моста отпугнул, могут заложить с потрохами.
    -Не получится так не получится, — Горшок наконец-то закончил купание в стакане и отряхивался теперь ну как есть кот, — к обеду будем выдвигаться на новые горизонты… Санифодий, у тебя нигде больше друзей нет?
    -О, я как раз хотел с вами об этом переговорить: давайте, я на своем коне поскачу дальше на юг, а вы потихохоньку, как привыкли, пойдете за мной. Там дальше Дубница, Колтерь, там у меня много товарищей, а потом Перомь так это вообще громадный город, короче, к обеду решим. Если что, буду в Дубнице вас ждать.
    Князь тоже умылся, подождали Санифодия, вместе пошли в дом. Внутри Князь ещё раз подивился на домашнюю обстановку внутри комнат на всех окнах затейливая резьба, расшитые былинными сюжетами занавесочки, все светлое, чистое, доброе. Князь решил, что в таком доме он бы остался жить, сообщил это Горшку, тот поморщился и вымолвил:
    -Вот южнее есть такой лес, такой лес! Я б там жить остался! Его за всю жизнь не пройдешь!
    Прошли в кухню, там жена кузнеца, молодая баба с длинной русой косой накормила кашей, напоила чаем. Григорий в это время работал у наковальни во всех углах дома слышен перезвон кувалды.
    Затем Санифодий провел всех к выходу, в кузницу. Могучий хозяин дома трудился там над наконечником для копья. Он обернулся на вошедших и, вытерев со лба пот, спросил:
    -Вы что, уже уходить собрались? Оставайтесь до вечера!
    Горшок покачал головой:
    -Да нет, кузнец, мы не любим на одном месте долго сидеть, и прощаться долго не любим. Золото мы свое взяли, — Горшок показал кусочек с два пальца размером, — так что мы в расчете. Санифодий счас поскачет в Дубницу, там его старые друзья, мы его догоним.
    -Там Тишка Смоляной живет ныне, не помнишь такого, Гриша?
    -Помню-помню! Привет ему от меня передавай! Кстати ты знаешь, что он там делает? Он там войт, председательствует совет старейших!
    -Ну и слава богу, не бродяга как мы, — влез Горшок, — все, кузнец, мы выдвигаемся на позиции!
    -Постой-постой! Я тут вам подарок сделал!- кузнец порылся в куче готового оружия и вытащил короткий меч. Горшок опять поморщился, отошел, а Князь, который неплохо владел мечом, ещё в Курове научился, подошел и принял дар.
    -Спасибо, Григорий, — серьёзно сказал он, — надеюсь, он нам не пригодится.
    Все четверо вышли во двор. Там Санифодий и Григорий обнялись, кузнец пожамкал в своих тисках ладони Горшка и Князя, сын кузнеца вывел коня Санифодия тот купил его ещё дома, в Березани. Черный конь умчался прочь, а странники бодро пошли на улицу.
    Быстро прошли через большое село в лес, решили срезать через чащу все они только с первого взгляда непроходимые. Как прошли опушку и вступили под сень старых дубов с потемневшей от времени корой, стало странно приятно и спокойно. Горшок сказал:
    -А ты: Я б тут остался, мне этот дом нравится… Вот наш дом, здесь все есть чтобы пить и есть!
    Князь не слушал, достал из заплечной перевязи меч, подарок кузнеца, и начал разглядывать. Он был старым, лезвие явно делал не Григорий, должно быть, просто «одел» его в новую рукоятку. Князь попробовал лезвие ногтем и присвистнул: сколько ни лежал меч в куче железа, он был очень остр. Неширокое основание чуть расширялось к концу, серый металл тускло блестел в зеленоватом лесном освещении. Князь взмахнул мечом, он очень хорошо сбалансирован. Конец ветки орешника над головой упал, но сама ветка не шелохнулась. Князь ещё раз подивился прекрасному мечу, сунул его за спину.
    Увидел, что Горшок давно ушёл вперед, побежал туда, где в лесной тени маячила серая куртка. Горшок был явно чем-то недоволен. Он обернулся к догнавшему Князю и сказанул:
    -До Дубницы добираться дня два. Есть идейка: давай один раз за семь лет раздельно пройдем! Интересно, кто быстрее доберется. Главное, если что кричи громче, хоть я и не услышу… ха-ха.
    -И чего ты этакий обиженный… Ты конечно первый доберешься…Но если хочешь, давай попробуем… Дубница прямо на юге?
    -Ага… Иди прямо, по солнцу. А я пройдусь по-настоящему, как в молодости, я, кстати, здесь тогда и шарился.
    Горшок исчез в зарослях орешника, Князь почесал голову и чего это с ним? и отправился на юг.
    Он шел медленно, старательно сохраняя направление и пытаясь представить, сколько ещё идти до реки, по карте помнил, что где-то здесь протекает Ночь-река, на которую обязательно наткнется, если не поменяет направление. Так шел, разглядывая корявые деревья и зеленые кусты, пока в животе не забурчало. «Обед», — подумал Князь и остановился под раскидистым дубом. Солнце уже перевалило через середку небосвода, светит через зеленую крышу леса, опрокидываясь на лицо рваными бликами.
    Князь расстелил на траве скатерть и достал вяленой рыбы, её сунула в суму жена кузнеца, хлеба, сухарей, флягу с водой. С аппетитом поел, лег на траву. Голубое небо еле проглядывало через резные дубовые листья.
    Князь очнулся только вечером. Он спал часа четыре, солнце уже не было видно, только верхушки деревьев окрасились рыжим. Спросонья Князь вскочил, напугав при этом зайца тот ел рядом траву.
    Быстро собрался, закинул за плечи суму, перевязь с мечом и быстро зашагал на юг. «Ведь хотел до вечера идти, ночью на дереве поспать! Теперь больше в темноте идти! А направление как держать?», — он был очень раздосадован и потерян. Сказал сам себе:
    -И чего это Горшку в голову пришло… Сам то наверное уже нашел где-нибудь кровать помягче, спит до утра…
    А Горшок в это время сидел у костра, в окружении разбойников.
    …Когда друзья расстались, Горшок чуть-чуть покружил вокруг бредущего через лес Князя, убедился, что тот не собьется с пути. Потом побежал на восток, там знакомые места, не зря год здесь жил, не забыл ещё местность, правда, деревья давно повырастали, ручейки пересохли, поменяли русла.
    Он все-таки узнавал знакомые места, дивился, как все изменилось за несколько зим. Он то ли бежал, то ли шел, перепрыгивая через покрытые мхом, косматые выворотни, пригибаясь под ветками, больно хлещущими по лицу. Так он шел-бежал не долго: взгляд вдруг скользнул по примятой траве. Горшок немедленно остановился. Это явно был след от сапога, но явно не Князевского.
    Горшок потрогал ладонью чуть влажную примятую траву. Она медленно выпрямлялась.
    «Черт, чуть не налетел на кого-то», — подумал Горшок и поспешил исчезнуть в высоких кустах. Тут другие кусты по ту сторону тропы, на которой и обнаружился след, раздвинулись и из зелени высунулась настороженная рожа. Эта рожа, принадлежащая, видимо, мужчине лет тридцати, небритому, оборванному, огляделась, и, обернувшись, сказала:
    -Да вроде нету никого… Послышалось, наверное…
    Мужик шагнул вперед, теперь он был на расстоянии шага от Горшка, их разделяла только зыбкая преграда из темно-зеленых листьев. По-видимому, этот оборванец был разбойником так думал Горшок, разглядев одеяния мужика: дырявые штаны, куртку, шапку да к тому же перевязь с мечом. Этот меч был лучшим доводом в сторону разбойничьей природы мужика он настолько не вязался со своим владельцем, был таким пафосным и перегруженным украшениями, что было понятно: это не боевое оружие, и этот оборванец отобрал его где-то или украл.
    Горшок задумался: что же делать дальше? Если попытаться убежать, бандит увидит трепыхание кустов, стоять на месте тоже опасно, наверняка татей здесь не двое и не трое. Пока Горшок думал, из кустов вышло ещё пятеро. Они выглядели точно так же как и свой соратник, у всех, кроме одного такие же мечи, непригодные, по мнению Горшка, ни к чему. Однако тот, у кого оружие было простое, но качественное с первого взгляда, привлек внимание попавшего в западню. Горшок внезапно махнул рукой, не боясь обнаружиться, и шагнул вперед. Для Разбойников он появился очень неожиданно, они повыхватывали мечи из перевязей и чуть не кинулись на Горшка, если б не властный останавливающий жест бандита с простым мечом, разрубили на месте.
    Горшок оценил жест бандита и сказал:
    -Слушай, Казий, я думал, ты умный мужик а чё это твои ребята с этими игрушками ходят, они что, не доиграли в детстве?
    Разбойники удивленно посмотрели на своего главаря. Тот поднял одну бровь и напрягся.
    -Горшок?, — после секундной заминки спросил он.
    Горшок в ответ только приподнял верхнюю губу, демонстрируя дыру между клыками там отсутствовало четыре зуба.
    Казий улыбнулся во весь рот и кинулся к Горшку. Они обнялись, похлопали друг-друга по спинам. Казий отошел на шаг, удивленно осмотрел Горшка:
    -Ты смотри, лет семь не виделись, а как вырос! Помню, был ты худой и длинный…
    -Ага, а сейчас толстый и низкий!, -разбойники облегченно улыбнулись, убрали мечи, — Ты чем это здесь занимаешься, проказник?, — казий явно был старше горшка лет на десять, но общались они на равных.
    -Да чего здесь стоять, болтать, пошли, у нас тут недалеко стоянка есть, у костра все и решим.
    Все вместе двинулись через кусты, напрямую к лагерю: Горшок и Казий впереди, остальные за ними. Через полчаса вышли на широкую полянку. Там и был лагерь «хорошее место» отметил про себя Горшок, кивнул мыслям.
    Посреди поляны был костер, над ним висел на треноге громадный котел. Вокруг лежали сидели и стояли люди, в таких же одеждах, как и спутники Горшка, многие с такими же дурацкими мечами.
    Казий пригласил Горшка к костру, там лежало толстое бревно, специально для сидения. Горшок сел, ему принесли только сготовившейся каши. Он обнаружил, что действительно хочет есть. Он поднял голову солнце стояло высоко. Пока Горшок ел, Казий сидел рядом, разбойники занимались своими делами, искоса поглядывая на Горшка, подчинение и дисциплина в отряде были превосходны.
    Горшок доел, сошкрёб со стенок оловянной миски остатки, вытер и спрятал свою деревянную ложку. Потом вздохнул и начал:
    -Ну, Казий, я прям чувствовал, что тебя где-то здесь встречу. Я, как ты понимаешь, все так же странствую по свету. Однако не один. Со мной друг один из моих лучших друзей, Казий. Мы держим путь на юг, или на восток, это уж как дорога ляжет…
    Ты или твоя команда случаем друга моего не видели?
    -Да нет, Горш. Мы сюда только утром прибыли с юга идем. Эти ребята головорезы. Такой же как я сброд, у меня просто опыта побольше.. не столько, сколько у тебя, конечно, но для такой бригады хватает. Твоего друга мои ребятки не видели, кстати, как его зовут?
    -Я зову его Князем.
    -Мммда… теперь понятно…Вы в курсе, что за вами охота? Мы два дня в этих краях, а уже знаем, что некие Черные братья, коих развелось в Северном княжестве невиданное до сих пор количество, ищут неких Горшка и Князя… О втором Горшке я пока что нигде не слышал, а вот насчет некоего Князя возникали сомнения. Он кто такой? И за че это вас поймать хотят? Опять чего-то натворил, как семь лет назад в Мороси?
    Горшок вздохнул, поерзал на бревне, устраиваясь для долгого рассказа.
    -Надеюсь, тебе и твоим друзьям можно доверять?
    Казий понимающе кивнул.
    И Горшок рассказал ему о том, как он семь лет назад после расставания с Казием ушел на севре, а там встретил Князя, как помогал ему скрываться от Черных братьев, как они вместе пытались добраться до Олега, княжившего в Курове, столице Северного княжества, как они отчаялись и ушли куда глаза глядят, какие у них на пути вставали тяготы и приключения, рассказал Казию обо всем.
    Очнувшись от воспоминаний, внезапно нахлынувшие из серой дымки, где они обычно покоятся, пока не разбередишь, Горшок заметил, что уже вечер. Вокруг сидели разбойники с открытыми ртами, рядом, подперев подбородок кулаком сидел Казий. Горшок рассказал, как они с Князем разошлись, и Казий внезапно вскочил:
    -И куда твой Князь отправился? На юго-запад, через лес, к речке?
    -Ага…
    -Да вы что, рехнулись, там же Лесник живет!- Казий вдруг закричал громким голосом, обращаясь к разбойникам:
    -Асмунд, Фарайя и Гулень останутся у костра, держать огонь, да чтоб ярче полыхал! Остальные: берем оружие и группами по четыре души в сторону Лесника! Не перечить, он всего один, а вас будет четверо в группе. Находите сигналите. Все, выдвигайтесь!
    Кусты вокруг полянки зашевелились, и Горшок увидел, как много, оказывается, разбойников в «отряде». Он насчитал двенадцать четверок, убежавших в лес. Казий сам схватил меч и резко взглянул на Горшка.
    Тот тоже вскочил и тихо спросил:
    -А что там за Лесник?
    -Увидишь…- Казий внезапно нахмурился и рванул в лес.
    Князь продирался через кусты и темноту и чуть не плакал. Лицо все изодрано, безрукавка в хлам, штаны тоже придется менять. К тому же он совсем потерял направление и бежал через лес просто так. Когда он уже начал отчаиваться, далеко впереди блеснул огонек. Князь с удвоенной скоростью побежал к нему, снова через кусты, падая и цепляясь за корни и ветки.
    Наконец огонек превратился в окошко Князь подбегал к избушке. Он добежал до её двери и постучал в неё.
    Дверь открыл старик. Он был не таким стариком, как Санифодий в старом облике и не такой как кузнец. Он был что-то среднее, на лице была улыбка.
    -Заплутал?- спросил он.
    Князь закивал в ответ.
    -Ну так заходи, — молвил старик и улыбнулся ещё шире.
    -Я здесь лесник, парень.
    -Очень приятно. Я простой путник. У вас можно переночевать?
    -Канешн можно!- старик, казалось, был обрадован, -проходи, садись за стол, кушай!
    Князь прошел в освещенную свечами комнату, показавшуюся очень уютной.
    Пока он ел, старик начал рассказывать о себе. Он поведал Князю о своем ремесле лесника, о том, что ему нравится одиночество, но иногда просто надо с кем-нибудь пообщаться.
    -Тогда, если нет таких путников как ты, — Князь уже поел и, утерев рот, сидел напротив Лесника, — если нет гостей, то я выхожу в лес и разговариваю с животными. Среди них у меня нет врагов. Порой мне кажется, что я понимаю их язык, я знаю все их повадки. Особенно мне нравятся, почему-то волки. О них я могу говорить часами. Они на самом деле очень умные твари, очень умелые, в чем-то гораздо лучше людей.
    Вдруг его речь прервал протяжный волчий вой. Князь вздрогнул и подумал: и как с ними можно общаться?
    -Я тебя на минутку оставлю, сейчас вернусь, добрый молодец, обожди.
    Дверь скрипнула за стариком. Князь подумал, что выбрал не самое лучшее место для ночевки, но потом представил себя снаружи, на каком-нибудь дереве, дрожащего от холода и страха и махнул рукой: и в самом деле, могло быть и хуже…
    Однако вскоре старик возвратился. В руках он держал старенький арбалет, и как только вошел, наставил на Князя. Тот вскочил от неожиданности.
    -Друзья хотят покушать, пойдем, приятель, в лес, — вымолвил Лесник и опять добродушно улыбнулся.
    Князь попятился. Старик подошел ближе и слегка мотнул арбалетом в сторону двери, мол, ты первый выходи. Князь пошел на дрожащих ногах к двери. Арбалетный болт уперся ему в спину. «Вот сейчас развернуться, отнять арбалет, стукнуть по морде, схватить меч и порезать», — думал он. Однако коленки так и тряслись, мешая не то что арбалет отбирать, даже идти было трудно как в киселе по колено.
    пишите ещё каменты, очень важно ваше мнение и пожелания

  22. Жонар Пур:

    ЗДОРОВО! Отлично пишиш! Мне понравилось жду продолжения. Кстать а задумка твоя? КиШ

  23. Daron_de_Sod:

    КРУТО И ПРИКОЛЬНО КиШ! С юмором.Мне очень понравилось особенно та часть де про беса)) У тебя талант писать фентези! Продолжай в том же духе!
    С удовольствием жду продолжения.

Комментарии

Чтобы комментировать — авторизуйтесь.